Проект «После мрамора» опирается на опыт резиденции на Байкале осенью 2017 года. Поэтому название может быть прочитано в контексте личной истории, то есть «После мрамора» - это после создания сайт-специфичного проекта «Мармор» непосредственно в зияниях и мраморных сколах выработанного мраморного месторождения на Байкале. Однако в большей степени проект реагирует на саму реальность брошенного карьера: название «После мрамора» выражает восприятие этого места как места травмы и прочтение антропогенного вмешательства в природу через код телесного насилия. Жизнь человека в этих местах веками прорастала из природы и органично срасталась с жизнью тайги, сопок и озера. Месторождения мрамора, выходящего на поверхность и легко добываемого, стало искушением для техногенного вторжения. Локальная катастрофа открытой добычи мрамора была остановлена в шаге от перерастания в катастрофу потери главного мирового резервуара пресной воды. Мы увидели брошенный карьер как монумент антропогенному насилию. Насилие любой природы всегда переживается и представляется телесно, вызывает телесный отклик. Художницы внедрила свою работу в природу, не насилуя ее и не изменяя ее форм, и показала обнаженную мраморную плоть земли как кровоточащую рану. Авторы наделили камни свойствами живого тела, поместив на расколотые мраморные глыбы полимерные пленки с искусственным изображением ран, повторявших реальные производственные сломы. Этот проект располагался в расширенном поле, описанном Розалинд Краусс, и был, если пользоваться ее термином, формой marked sites, «маркировки места». Другая очевидная референция – абстракции Отто Пиене с выразительной фактурной поверхностью, напоминавшей травмированное тело и отсылавшей к травме мировой войны. Проект «После мрамора» – работа для галерейного пространства, перенос пространственной инсталляции из природного пространства в лабораторию. Этот перенос в контексте искусственного и стерильного места, в котором все создано человеком или машиной, создает новые измерения смыслов – силиконовые скульптуры напоминают искусственно выращенные органы или клетки, человек становится всесильным создателем мира, в котором все можно производить – от природы и воздуха до мыслей. Фрагменты женского тела на видео перекликаются с ранами на камнях, вызывая напряжение. Мы больше не присутствуем в реальности, мы только наблюдаем образы, но переживаем их через собственный опыт, подключая телесную память.

 

The project “Post-marble” is based on the experience of the Baikal residence in the autumn of 2017. Therefore, the title can be read in the context of a personal story, so that the “Post-marble” is after the creation of the site-specific project "Marmor" directly in the gaps an marbles fractures of the elaborate marble deposit on Lake Baikal.

However, to a greater extent the project responds to the very reality of the abandoned quarry: the name “Post-marble” expresses the perception of this place as a place of injury and perusal of anthropogenic interference in nature through the code of corporal violence. Human life in these places for centuries sprout from nature and organically fused with the life of the taiga, its lakes and bald mountains. The deposits of marble, which comes to the surface and is easily mined, became a temptation for anthropogenic intrusion.

The local disaster of open marble mining was stopped in a step from the escalation into a catastrophe of the loss of the world's main fresh water reservoir. We saw the abandoned quarry as an anthropogenic violence monument.

Violence of any nature is always experienced and appears bodily, causing a bodily response. The artists implemented their work into nature, without violating it and not changing any forms, and showed the naked marble flesh of the earth as a bleeding wound. The authors endowed the stones with the properties of a living body, placing polymer films on the split marble blocks with an artificial image of wounds that repeated real industrial fractures.

This project was located in the expanded field, described by Rosalind Krauss, and was, if we use her term, the form of “marked sites”. Another obvious reference is the abstraction of Otto Piene with an expressive textured surface reminiscent of an injured body and referred to the trauma of the world war. “Post-marble” project is the work for gallery space, a transfer from nature into a laboratory.

This transfer in the context of an artificial and sterile place in which everything is created by a human or a machine creates new dimensions of meanings - silicone sculptures resemble artificially grown organs or cells, a person becomes the all-powerful creator of the world in which everything can be produced - from nature and air to thoughts. Fragments of the female body on the video echo with wounds on the stones, causing tension. We are no longer present in reality, we only observe the images, but we experience them through our own experience, connecting the body memory.